Экология Урала >

ТУЧИ НАД ЗАПОВЕДНИКОМ

Над Висимским биосферным заповедником в последнее время всё сильнее сгущаются тучи. В прямом и переносном смысле.

В тот день, когда я был в заповеднике, почти в самом его центре, в 130-м и 131-м кварталах, в районе истока речки Вехняя Кутья, полыхал крупный пожар: огнём было охвачено более десяти гектаров заповедного леса. Клубы дыма, словно грозовые тучи, поднимались в небо и тянулись над макушками деревьев на несколько километров.

По раскисшей от дождя дороге доехать до места пожара нам с директором заповедника Сергеем Куплевацким не удалось. Как выяснилось позже, если б и добрались, то никого бы там не застали. Несколько человек — работников охраны заповедника — к тому времени место пожарища уже покинули. Позже они сообщили, что огонь локализован. К тому же чуть не целый день шёл дождь, который заметно погасил пламя. Но не до конца.

Всё это нового, ещё совсем молодого директора, только три месяца назад назначенного руководить заповедником, конечно, не устраивало.

— По идее, — говорил он, — покидать место пожара ещё рано. Надо бы, чтобы человека три там дежурили. Но людей нет! Та группа, которая вышла, провела в лесу несколько дней. И находиться там больше не в силах. А новых послать просто нет возможности. Нужны транспорт, оборудование, инвентарь, наконец, продукты. За работу на пожаре надо платить. А в кассе заповедника нет на это ни гроша! Вся надежда лишь на сотрудников охраны — инспекторов. Но их всего семь человек. При этом их основная задача — заповедник от браконьеров охранять, а не огонь тушить. Но, слава Богу, люди понимают, что кроме них некому. Но они не семижильные…

Пожар в заповеднике был обнаружен ещё 24 мая. Если б сразу удалось направить туда достаточное количество людей, то наверняка его бы уже потушили. Но пока людей мобилизовали (живут инспекторы в разных населённых пунктах), пока они добрались до пожара, огонь уже разошёлся. Тем более, погода тогда стояла сухая.

— Если б не спасительный дождь, — продолжал Куплевацкий, — хлебнули бы мы горя. Огонь мог распространиться ещё сильнее. И тогда даже не знаю, что бы мы делали.

Возможности у заповедника в самом деле ограничены. А стихия угрожает постоянно. Как ей противостоять — большой вопрос. Взять те же пожары. Тушить их на своей территории заповедник обязан своими силами. Если их не хватает, можно, конечно, вызвать авиационную базу охраны лесов. Пожалуйста! Но — за отдельную плату! Таков нынче порядок. Любой арендатор, любой пользователь лесными угодьями обязан тушить пожары сам. Раньше, когда были лесхозы, они боролись с огнём. Для этого у них существовала материальная база, имелся штат лесников. После принятия нового Лесного кодекса и последней реорганизации лесного хозяйства порядок изменился. Сказать точнее, его вовсе не стало. Многие специалисты в связи с этим заявляют прямо: «Новый кодекс жжёт леса!».

Если вдуматься, то во многом получается именно так. Взять ситуацию в заповеднике. Больше недели в нём полыхает пожар, но его директор даже не помышляет обращаться к кому-либо за помощью. А в старые добрые времена сюда бы тут же прилетел авиационный десант. Или пришёл на помощь местный лесхоз. Нынче судьба заповедного леса эти структуры не волнует. Получается, заповедник сам должен защищаться от всех невзгод. А как защитишь, если на это нет ни сил, ни средств?

— К сожалению, — продолжает Куплевацкий, — заповедник финансируется не в полном объёме. Из федерального бюджета мы получаем на год всего четыре миллиона рублей. Этих денег не хватает даже на самое необходимое. В результате нет возможности увеличить штат работников, обновить технику. В настоящее время заповеднику требуется минимум 25–30 человек, то есть больше, чем трудится сейчас. Из них восемь-десять — в охрану, остальные — для ведения научных направлений и в отдел экологического просвещения. Не можем найти даже заместителя директора по науке. Никто не идёт, потому что мизерная зарплата, нет жилья.

Сергей и сам не имеет своего угла — снимает квартиру. Всего три года назад он окончил Уральский государственный лесотехнический университет. До назначения директором возглавлял в заповеднике службу охраны. После ухода на пенсию бывшего руководителя заповедника А. Мишина ему предложили занять его место. Согласился. Пока полон идей и планов. Но и проблем выше головы.

Молодой директор понимает, что главная задача — организовать эффективную охрану биологического резервата и проведение научных исследований. Но именно это сделать как раз и не удаётся. Площадь непосредственно заповедника — 33500 гектаров, а вместе с охранной зоной — почти 80 тысяч. Как могут семь инспекторов обеспечить надёжную охрану такой территории, перекрыть все лазейки? Чтобы организовать научные исследования, опять же нужны люди, опытные специалисты. Но за последние годы, кроме самого Куплевацкого, никто, окончив вуз, в заповедник работать не приехал. Остались, по словам Сергея, одни энтузиасты, фанаты. При этом половина из них — уже в возрасте.

— Нужны орнитолог, ботаник, специалист по млекопитающим, — перечисляет Сергей, загибая пальцы. — Самое ужасное — некому вести мониторинг территории, промышленных выбросов, которые долетают до заповедника.

К сожалению, эта проблема, быть может, одна из самых серьёзных. Клубы дыма, которые вылетают из труб промышленных гигантов Кировграда, Нижнего Тагила, Ревды, Первоуральска, не на шутку угрожают заповедным лесам. По данным исследований, проведённых несколько лет назад бывшими сотрудниками заповедника Ю. Мариным, А. Васильевым, Е. Воробейчиком, некоторые участки биологического резервата существенно загрязнены выбросами предприятий. В одной из своих работ они указывали: «Максимальные отложения тяжёлых металлов зарегистрированы на вершине горы Большой Сутук. По сравнению с фоновыми, выпадения цинка превышены в четыре раза, меди — в 5,7, кадмия — в 7,6, свинца — в 8,3 раза».

По их данным, эти уровни загрязнения всего в два раза ниже, чем вблизи самих предприятий, в частности, СУМЗа.

Вывод учёных — «территория заповедника находится внутри крупного техногеохимического ореола рассеивания тяжёлых металлов, простирающегося вдоль Уральского хребта от Ревды до Краснотурьинска».

Позже, обследуя мелких млекопитающих, в основном — мышей, учёные нашли в их внутренних органах повышенное содержание тяжёлых металлов, токсических веществ. Зачастую их уровень был так высок, что угрожал развитию популяции.

Обследуя деревья, тоже сделали неутешительный вывод: «Из-за выбросов происходит угнетение роста листьев, замедляется их структурогенез».

Словом, техногенные загрязнения — реальная проблема, угрожающая заповеднику. Экологам в связи с этим давно пора бить тревогу. А местным властям — потребовать от руководителей предприятий кардинальной реконструкции своих производств. Иначе удачи не видать. Когда нет сил на тушение пожаров и никак нельзя укрыться от промышленных выбросов, есть большой риск потерять уникальные природные комплексы.

В начале семидесятых годов прошлого столетия известный учёный-лесовод Борис Павлович Колесников писал: «Висимский заповедник обеспечивает наилучшие условия для сохранения и стационарного изучения южно-таёжной формации смешанных и тёмнохвойных лесов. Лесов в том первобытном состоянии, в каком они формировали покров Среднего Урала. Таким образом, Висимский заповедник — эталон природы, реально отражающий 300-летнюю историю горнозаводского Урала…».

Не устарело ли данное высказывание известного учёного? То, что «эталон природы» реально отражает 300-летнюю историю горнозаводского Урала, спорить сложно. Но что обеспечивает наилучшие условия для сохранения и изучения лесов, согласиться уже нельзя. Близость промышленных гигантов, увы, не на пользу первобытным лесам, чудом уцелевшим от топора дровосека, начиная с XVIII века. В этом и ценность этих лесов. Слава Богу, пока в них достаточно велико растительное разнообразие — 457 видов сосудистых растений, 234 вида лишайников, 126 видов мхов, сотни видов грибов. В заповедных лесах обитает 49 видов млекопитающих, 183 вида птиц, 1435 видов насекомых и 277 видов паукообразных. Однако учёные не скрывают, что даже здесь, на территории заповедника, существует угроза сокращения численности некоторых видов и даже их исчезновения. Для этого иногда достаточно одного кислотного дождя.

Не так давно на одной из научных конференций академик, директор Института экологии растений и животных УрО РАН Владимир Большаков отмечал, что масштабы и темпы воздействия человека на биосферу продолжают нарастать. Современное общество приблизилось к такому рубежу, когда дальнейшее экономическое развитие невозможно без пристального внимания к вопросам экологии, сохранения биологического и ландшафтного разнообразия. Один из путей достижения гармонии между природой и человеком — сохранение в естественном состоянии природных комплексов, создание развёрнутой сети ООПТ — особо охраняемых природных территорий. Эти ООПТ должны играть роль опорных ключевых участков экологического каркаса, способного предотвратить необратимые процессы в экосистемах.

Можем ли мы говорить сегодня, что Висимский биосферный заповедник в полной мере выполняет эту роль?

Анатолий ГУЩИН
"Областная газета", 05.06.2008 г.

 

 

Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (24)