Горы и скалы Урала >

Наша сила — в скалах

Петрогром

Нынешняя зима хоть и была малоснежной, но пешком, куда захочешь, не пройдешь. Однако есть за городом места, о которых еще классики писали «Сюда не зарастет народная тропа». Вот такая утрамбованная тропа ведет к скалам Петра Гронского. Начинается она от панельной будочки, что находится на остановочном пункте 479-й километр.

 

От Адама и Евы…

Первые люди, которые не просто посещали эти места, но и жили вблизи скал, обитали здесь в VII—III вв до н. э. Кузнецы иткульской археологической культуры плавили здесь медь. Плавильные печи были очень примитивны: овальное ковшевидное основание и невысокие стены, сложенные из дикого камня, обмазанного глиной.

Второй раз металлурги, принадлежащие к петрогромской культуре, обосновались здесь в VI—IX вв н. э, когда в таежную зону из лесостепи пришли племена угров — коневодов. Плавили они уже не медь, а кричное железо. Потом венгры ушли обретать родину и на целую тысячу лет о скалах забыли. Даже с появлением Екатеринбурга сюда никто не забредал, кроме заядлых охотников. Но в 1882 году, после постройки железной дороги, была открыта станция Исеть, и в окрестностях скал снова появились люди.

Первыми сюда проложили постоянную тропу участники революционных боевых дружин. Вдали от ищеек царского правительства они обучались стрельбе. Там же и оружие хранили. По одной из версий, скалы названы в честь одного из боевиков.

Через сорок с лишним лет на скалах обосновалась еще одна группа людей. Но они ни в кого не стреляли. Это была группа археологов под руководством Е. М. Берс. Именно она предложила переименовать скалы Петра Гронского в Петрогром, что означает «Гром-камень». А во втором издании своей знаменитой книги «Археологические памятники Свердловска и его окрестностей» осуществила это на практике.

 

О Петре Гронском

В конце 50-х годов прошлого века туристы свердловского Дворца пионеров записали этот рассказ старого рыбака из деревни Коптяки:

«Скалы так названы народом после 1905 года. Тогда близ скал дружинники из Екатеринбурга стрельбе обучались. Следить же за оружием и доставлять его в город было велено Петру Гронскому, мастеровому из Березовского. Парень он был смекалистый. Смастерил себе крошни, к ним мешок привязал: внутри револьверы лежат, а сверху рыбка насыпана.

Однажды на него городовой налетел: «Ты, каналья, что в мешке несешь?» А Петр живехонько сбросил мешок с плеч и говорит городовому: «Да вот рыбки наловил, ваше благородие. Не желаете ли откушать?» Городовой раздвинул края мешка и, увидев мелкую рыбешку, махнул рукой и пошел прочь. А Петр доставил оружие кому следовало».

Видно, хороший был человек, раз народ его запомнил и назвал его именем эти скалы.

 

Что нашли археологи

В результате неоднократных раскопок на вершине горы археологи сделали вывод, что для людей тех культур, что существовали тогда на Урале, это место было сравнимо с Нижнетагильским металлургическим или Магнитогорским заводами. Район вокруг горы был богат рудами, как медной, так и железной. Сохранились сведения о «чудских» рудниках, открытых в начале XVIII века в этом районе.

Петрогромские металлурги плавили металл в 18(!) горнах. Вдобавок, они не ограничивались естественной тягой, а использовали ручную подачу воздуха в печь. На местах плавки проводилась и отливка вещей и ковка.

Медь в виде слитков поступала к приуральским племенам, в виде оружия — к савромато-сарматским кочевникам Южного Урала, иткульский металл проникал в районы Западной Сибири и далеко на север Урала. А вот у железных изделий ареал распространения был гораздо меньше, поскольку железные руды встречаются чаще.

На горе, кроме металлургического комплекса, был обнаружен еще и жертвенный. Всем известно — без помощи духов хорошую плавку не проведешь. И даже после закрытия металлургического производства святилище функционировало вплоть до XIII века.

Кто-то, прочитав эти строки, подумает: «Возьму лопату и накопаю артефактов». А вот этого делать не надо. Раскопки без официального разрешения — дело подсудное. Да и лопата применяется в археологии только для прокладки разведочных шурфов. А дальше в ход идут специальные инструменты, снимающие землю буквально по миллиметрам. При случае эту землю еще и через сито просеивают. Все перспективные места вокруг горнов уже исследованы. А тратить все лето на просеивание остальной части горы не стоит.

 

Хочу все знать

На вершинах скал на наносном грунте растут деревья. Со стороны кажется, что это молодые деревца, но в 1968 году товарищ Н. Яковлев из Свердловска сделал эксперимент: он спилил небольшое деревце. Его высота была 165 сантиметров, диаметр ствола у комля — 2,6 сантиметра. А вот годовых колец оказалось тридцать два. Дело в том, что растения чрезвычайно пластичны. Если в тридцать лет сосна на хорошей почве вырастает до 15—20 метров, то на камнях ее рост всего полтора—два метра. Такая приспособляемость позволяет дереву жить в очень тяжелых условиях. Люди используют это свойство для выращивания карликовых деревьев бонсай.

Придя на скалы Гронского, вы наверняка посетите все вершинки. К востоку от основного массива скал расположены две огромные каменные подушки с естест­венными чашами. Романтические немцы называют эти чаши «мельницей эльфов» и говорят, что эльфы, до того как вымереть подобно динозаврам, приготовляли пищу в этих углублениях, размалывая ее как в ступе.

Происхождением таких чаш, которые находят на многих вершинах останцев, занимался наш свердловский писатель Борис Рябинин. Он утверждает, что эти чаши появились во время ледникового периода. Случалось, что небольшой валун, уносимый льдом, застревал в выбоине на другом, более крупном камне. Лед толкал его — застрявший обломок крутился и терся — получалась чаша. Есть и другой вариант. Предположим, что над одной гранитной глыбой нависала другая. С верхней на нижнюю падали капли воды, всегда в одну и ту же точку. Медленно, но верно вода делала свое дело — в граните появлялось круглое углубление. Потом верхнего камня не стало, он разрушился, и мы можем лишь догадываться, что он был.

Свой вариант, более рациональный, предлагают археологи. Они считают, что на этих плитах люди разводили священные костры. За сотни лет резкого нагрева и охлаждения камни в середине выкрошились, а за одну-две тысячи лет, что были заброшены, приобрели гладкие формы.

С топливом здесь проблем нет, есть проблемы с водой. Если вы решили провести свой выходной только на скалах Петра Гронского, то надежнее будет прихватить воду из дому в пластиковых бутылках.

 

На гранитном карьере

Местные скалы пользуются популярностью у альпинистов и скалолазов. Для лазания используется наиболее высокая, восточная часть Южной стены. Высота ее 12—15 м, ширина в основании около
30 м. Здесь прокладывается более 10 трасс с категорией трудности от 5а до 6с. Очень интересно здесь лазание «по выходам», то есть не по всей трассе, а отдельными сложными участками.

В целом этот скальный массив слишком мал для использования его как скалодрома. Сюда приезжают группы новичков на 3—5 дней и успевают за это время облазать все. Популярна гора у скалолазов из Тюменской области, где болот гораздо больше, чем скальных выходов.

Возвращаются скалолазы тем же самым коротким путем.

Поскольку вы не скалолазы, а туристы, то можете сделать кольцевой маршрут. По тропинке, идущей вдоль ЛЭП на деревянных опорах, проложенной по гребню горы, вы выйдете к станции Исеть — до нее всего три километра.

Но есть и более интересный вариант. Тропа, по которой вы поднимались на Гронского, переваливает гору и идет дальше в том же направлении, по просеке бывшей ЛЭП, поднимаясь на соседнюю гору, идущую параллельно. Ни на одной карте у этой горы нет названия, да и местные жители на вопрос: «Как эта гора называется?» — отвечают: «Не знаем». Сама гора будет гораздо протяженнее и выше своего соседа, да и каменных палаток на ней хватает, но размером они гораздо меньше.

Перевалив через эту гору, вы выйдете на дорогу, идущую от поселка на сагринские сады. По ней вы выйдете прямо на станцию. Если же у вас еще есть время, то, пройдя километр, до просечного столбика с цифрами 28/29/36/37, повернете направо и по тропинке, идущей по просеке, подниметесь на вершину горы. На ее склоне расположен знаменитый Исетский гранитный карьер, а за ним просматривается гладь Исетского озера. Первые каменоломни появились здесь еще в 1802 году — каторжники добывали здесь бутовый камень. Но промышленная разработка началась только с 1873 года.
Перевалив эту горку, вы выйдете на лесную дорогу, ведущую в поселок.

Борис МАЙДАНИК.
«Уральский рабочий», 12.03.2009 г.

 

 

Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (25)