Города и села >

Павда – золотое донышко

Так звали этот посёлок издавна. Вернётся ли к нему почетный титул?
Давайте не путать Павду с Тавдой. Тавда - город на востоке Свердловской области. Павда - посёлок на её западе. Западнее на этой широте до границы с Пермским краем ничего не построено и не поставлено, разве что простецкая, на полосатой трубе табличка «Европа - Азия». Этот знак павдинцы без особого почтения именуют «лысым столбом». И всё же возят к нему гостей: как-никак граница частей света. К тому же на ведущей к ней грунтовой дороге можно вдосталь полюбоваться первозданной природой: чистыми горными речками, текущими с Павдинского камня, и самим Павдинским камнем, вполне внушительным представителем Уральских гор, и зелёными увалами, где растёт заповедный кедровник.
Имя речки, камня, а затем и посёлка - всё, по утверждению географа XVIII века Ф. Полунина «от вогульцов взято».

Павда - перекрёсток, даже узел дорог. Бывшая улица Сталина, ныне Ломоносова, пересекая улицу Революционную (в прошлом - Могильную) выводит за околицу бывший Соликамский тракт. Немного севернее уходит путь на старинный приисковый посёлок Кытлым. На востоке разветвляются пути на две Ляли - Старую и Новую. Через Старую Лялю по узкоколейке попадали сюда грузы и пассажиры со станции Выя широкой колеи. От новолялинского направления выруливал налево Богословский тракт, а направо стелился тракт Верхотурский.
Соликамская трасса, ныне преодолимая лишь местами, и Верхотурский тракт, и по сей день живой и бойкий, составляли вместе легендарную Бабиновку, которая на старых картах обозначена как Государева Бабиновская дорога в Сибирь. Сейчас как раз по ней и ездят, направляясь в Павду со стороны Серовского тракта. Из когда-то многочисленных крестьянских поселений по берегу реки Ляли радует, пожалуй, только Савиново - новыми срубами домов, заметной земледельческой активностью. А дальше - запустение, тёмные глазницы высоких, некогда статных и горделивых домов. Ястреб на густо замшелой крыше древнего сарая.
Наконец дорога втягивается в широкую улицу, застроенную старыми, но крепкими пятистенками под четырёхскатными крышами. Это Павда. Похожесть местной архитектуры можно объяснить и традицией - здесь не принято крыть жилые дома «по-банному», в два ската. Кроме того, бывали времена, когда новые дома вырастали враз, целыми улицами - на песке золотом и платиновом. Это когда старательский фарт пойдёт: местная невеликая речка подарит богатую золотую россыпь или в соседнем Кытлыме, куда уходили на сезон добытчики из Павды, драги обрадуют отменным уловом.
Интересный случай рассказал Вячеслав Васильевич Бизяев, уроженец Павды, ныне екатеринбуржец. (В прошлом он директор асфальтового завода в областном центре. Уйдя на пенсию в 70 лет, не раз откликался на приглашения поработать ещё и вводил в строй новые асфальтовые заводы - для Атомстройкомплекса, УГМК). А родной земле он верен. Часто там бывает. Родословную знает до седьмого колена.

Так вот бабушка Вячеслава Васильевича Лукерья Хайдукова, будучи ещё девочкой-подростком, работала вместе с отцом Филиппом Ивановичем «на старании» - золото мыли на ручье, вытекающем из озера Благодатного. Отец из залитой водой канавы мокрую породу лопатой вычерпывал, а Луша его повыше, на сухое место перебрасывала. Вдруг как закричит:
- Ой, тятя, тятя! Камушек какой баской!
- Не шуми, дура! - шикнул на неё отец. И поднял с земли золотой самородок величиной чуть ли не с куриное яйцо.
Сразу засобирались домой, понадежнее спрятав «камушек». Встреченные по пути земляки-старатели удивились:
- Ты чего рано домой, Иваныч? Клад нашёл, что ли?
- Нет, - отмахивался счастливец. - У Лушки чего-то брюхо заболело.
С той находки Хайдуковы кое-что поправили и добавили в своём хозяйстве. А Луше платок новый купили. Вот и весь фарт.
Как свидетельствуют семейные воспоминания, Павда жила не бедно. Но самородки здесь с неба не падали. Источником благополучия всегда был труд в поте лица: на приисках, на железоделательном заводе известного предпринимателя Максима Походяшина, на лесных тропах, где мужики промышляли зверя, били кедровую шишку, на собственных гористых и подзолистых земельных наделах.
Идёт здесь давний спор из разряда: что старше, яйцо или курица? А именно: откуда считать возраст Павды - с прокладки Бабиновской дороги и строительства на ней Павдинского караула для охраны провозимых грузов от лихих людей или же с основания завода. В первом случае Павда - почти ровесник Верхотурья, ей более 410 лет. По второй версии она - на полтораста лет моложе. Но как бы то ни было, Бабиновская дорога - это для Павды главная линия судьбы. Ведь и Походящий вряд ли поставил бы свой завод на речке Павде, если бы здесь не случилось дороги.
А дорога была знатная! Не по качеству - по значению. Строена посадским человеком Артемием Бабиновым по специальному царскому указу. А другим указом объявлена единственно дозволенной для проезда в Сибирь и обратно, чтобы государевы люди товары свои мимо таможни не провозили, причитающиеся налоги мимо казны не проносили. Заплатил налог и спи спокойно, чтобы никакие ухабы не разбудили.
Это только представить: в болоте, где топь лошади по брюхо, размышлял о пользе для России господин Иван Лепехин, «академик и медицины доктор». А в этой низине, окружённый дымарями от гнуса, дожидался утра другой академик, Пётр Симон Паллас. Сорок доблестных офицеров, путешествовавших по казенной надобности, с трудом скрывали страх, когда их повозки, обвязанные деревьям для торможения, стремительно летели вниз по склону.
А уж то-то было визгу, когда из Соли Камской везли около сотни девиц, специально отобранных в жёнки сибирякам-новосёлам. Пожалуй, им было веселее, чем несостоявшимся царским невестам, которых везли в лесные края, чтобы заточить в неволю.
Да уж, без подневольного люда не обходилось - и в царские времена, и в советские. В начале тридцатых годов от станции Ляля по льду одноимённой реки везли вместе с другими раскулаченными семью Твардовских: родители Трифон Гордеевич и Мария Митрофановна, их дети Константин, Иван, Анна, Павлик, Маша и Вася. Все, кроме второго по счёту брата Александра, который в это время в Смоленске начинал восхождение к литературным высотам. В сплавной посёлок Парча на реке Ляля он прислал родным письмо-наставление: «Дорогие родные! Я не варвар и не зверь. Прошу вас крепиться, терпеть, работать. Ликвидация кулачества - не есть ликвидация людей, тем более детей».
А семье досталось с лихвой: и голода, и холода, и барачной тесноты, и обид и тоски по родной Смоленщине. Костя с Иваном ударились в бега. Их поймали, привели в Павду. Лишь тогда им удалось пожить хотя и в лишениях, но всё же на воле, когда они догадались перевалить через Уральский хребет и уйти лесами в Пермскую область.

Иван Твардовский описал эти приключения и мучения в цикле повестей «Родина и Чужбина». В память о нём павдинцы и старолялинцы назвали чистый ключик и лужок вокруг него «Иванова поляна».
Государственные чиновники и государственные преступники, учёные мужи и крестьяне, стрельцы и монахи, господа и изгои - все побывали тут. Дорожный мастер Иван Андреевич Шатунов, проживший в Павде 90 лет с гаком, запомнил проезжающих попроще: соликамцы везли соль на продажу, а кунгуряки муку и солёные огурцы. Выпрягут лошадей, свяжут вожжами оглобли крест на крест, приспособят к ним весы. И пошёл торг. Павдинцы тащат на обмен орех кедровый, клюкву мороженую.
Что ещё любопытно: по Бабиновской перемещались не только пассажиры и грузы, но и... фамилии. Дорога жила, пульсировала. Люди, встречаясь на ней, знакомились, а то и роднились, гостили в деревнях, оседали на новом месте. Как меченые атомы, растащены по всей дороге некоторые фамилии.
Взять Анкушиных. Историк из Соликамска Геннадий Бординских в своём исследовании «Соликамские фамилии конца XVI-XVII веков» первыми (по алфавиту) называет Анкушиных и отмечает, что переселились они в Соликамск из пригородной деревни Анкушиной, основанной в 1623 году. «В те времена эта фамилия в других регионах России не встречалась, и её можно считать чисто местной».
Во время пешеходного путешествия (иное там сейчас невозможно) по Бабиновской дороге встретились нам Анкушины в Верх-Яйве (Пермский край). Вася Анкушин «на почте служил ямщиком», и его, как водится на Руси, «падерой задуло».
А в Павде Анкушиных полно, целый клан. Хранителем местной истории считают Фёдора Георгиевича, который, доработав в Ревде до пенсии, вернулся на малую родину и выстроил дом на улице своего детства. Занимается краеведением, много способствовал сохранению памяти о не вернувшихся с войны земляках. Есть у него брат, известный в Павде пчеловод. А у брата сын, директор местной школы. Михаил Петрович водит своих питомцев в походы по родному краю, учит их любить свою землю. Ещё один Анкушин соорудил на таёжной речке плотину, завёл прудок - для охоты, рыбалки. И для красоты.
Это один лишь род. Но не единственный. На людях работящих, умелых, привыкших жить сообразно с природой, и стоит старинный посёлок. Довелось встретиться здесь с человеком, который это мнение в основном разделяет. Говорит: если кто-то срубил живой кедр ради орехов, можно с уверенностью сказать, что это сделал чужой. Павдинцы от природы кормятся, не только на драгметаллах, но и «на орехе» дома строили, машины покупали. Сук, на котором сидят, рубить не будут.
Вот и пришёл у нас случай познакомиться с профессиональным хранителем природы, лесничим Николаем Танцыревым. Для Павды он не местный и не потомственный. На роду ему было написано жить в городе и работать на металлургическом поприще. Как дед как отец, как дядя - люди, хорошо известные в своём деле.
Но живёт Николай Владимирович на окраине Павды в доме, которому, говорят, полтора века. Вот уже два десятка лет отмеряет шагами и колёсами таёжные километры. Борьба с пожарами и порубками, множество рутинных забот. И научная работа. Всерьёз и без отрыва от производства. Тема кандидатской диссертации в слегка адаптированном виде: «Естественное возобновление кедра на гарях и вырубках в горных лесах Урала».
О предмете своего и научного, и чисто человеческого интереса Николай может рассказывать долго и захватывающе интересно. Как кедр занимал обширные пространства от океана до океана, а потом, под влиянием человека, сжималось его «царство».

- Лес - явление историческое, - говорит Н.Танцырев. - И раскладывает ситуацию по полочкам: менялись в государстве экономика и идеология - менялась и судьба лесов.
Парадоксальным кажется одно из утверждений Николая Владимировича, которое для краткости можно сформулировать так: кедровка - лучший друг шишкаря. Как так? Суетливая птичка, которая присваивает то, что могло бы достаться человеку? Ату её, вредину!
Оказывается, новый кедр вырастает именно из закладок, которые делает кедровка. Добудет шишку, закопает про запас и забудет. А из шишки кедры и прорастут! Правда, достанутся орехи с них не тому шишкарю, который сегодня в лес пришёл, а тому, который ещё не родился.
Николай нам показал «свою» плантацию. Элитные кедры, с которых берут семена и везут в питомник для выращивания саженцев. Такие экземпляры в нескольких местах на учёте. Где-то их 5-10, а у Павдинского камня - 60!
Николай, как нынче многие - заядлый фотолюбитель. Он снимает портреты. Не людей. Кедров. Вот малыш, который поднялся на полметра около корабельных великанов. Вот дерево, которое выгорело изнутри, держится только на заболони, но живёт, зеленеет. Эти причудливо изогнуты на горном ветерке, в полосе криволесья. Не всем же быть корабельными! К подножию этого богатыря автор снимка положил ружьё. Для масштаба. Получается, ствол великана метра полтора в диаметре.
Работа Николая Танцырева и его коллег широко простирается во времени и пространстве. Кстати, территория его лесничества и в Пермский край слегка заходит. Думается, пермяки не в обиде.
Своей историей, своими устоями, своими людьми Павда пока прочно стоит на земле. Но отсутствие постоянной работы всё-таки очень напрягает павдинцев. Долго возили хлысты в Новую Лялю и Лобву. Теперь лес здесь не рубят. Это хорошо. Но работать-то где-то надо. Сколько можно по вахтам ездить?
Может, гостей принимать? Чтобы дышали чистым воздухом и пили чистую воду, горный мёд покупали, к вершинам поднимались с инструкторами. Байки бы местные слушали про дома с привидениями, про НЛО, которые летают тут с завидным постоянством.
Интересную новость рассказал в одной из поездок по «точкам на карте» (о ней - позднее) главный геолог Уральской горной компании Алексей Павликов: они готовятся к разработке золотоносного месторождения вблизи Павды, на речке Благодатный Исток.
Это то самое место, где девочка Луша много лет назад самородок нашла. Из-за большой обводнённости работать здесь старателям было трудно. Так может, тот самородок -   не последний?

Как нам не потерять дорогу?

На вопросы «ОГ» отвечает Игорь Стольников, начальник управления Павдинской территорией Новолялинского городского округа.

- Игорь Михайлович, в будущем году исполнится четверть века, как вы для павдинцев - самый близкий представитель власти. Постороннему человеку перемены в посёлке не видны. А что скажете вы?
- Перемены есть - и хорошие, и не очень. К сожалению, ушли из посёлка крупные работодатели, прежде всего - лесозаготовительные предприятия. Но появились рабочие места на новой турбазе. Главное же - областная власть о нас не забывает: появились Интернет, два оператора мобильной связи. Мобильники работают и в лесах, и на горах. Доехать к нам можно на любой машине. Есть надежда на получение средств для улучшения туристской привлекательности наших мест.
- Вот отсюда поподробнее, пожалуйста. Главное - не забыть про Бабиновскую дорогу. Ведь это объект не поселкового, не районного и даже не областного значения. Это достояние отечественной истории, важный рычаг собирания российских земель. Хозяйственное значение дороги сейчас утрачено. Нельзя, чтобы она вообще ушла в небытие.
- В туристском паспорте Новолялинского городского округа Бабиновская дорога занимает достойное место. Наиболее подробно разработан просветительский проект «Лялинское поречье». Это часть Бабиновской дороги вдоль реки Ляли до Павды. 6 нашем посёлке можно сходить в краеведческий музей, осмотреть место бывшего завода Походяшина. Да и вообще увидеть, какими были уральские посёлки. Ведь Павда практически сохранила свой первозданный облик.
- Первозданный облик был ведь украшен прудом. Наш общий знакомый Вячеслав Васильевич Бизяев вспоминает с упоением, как днём в пруду отражались горы, а ночью купались звёзды.
- В районной администрации надеются, что с помощью областного правительства пруд будет восстановлен. Тогда притягательность Павды сразу возрастёт.
- Но ведь Бабиновская дорога Павдой не кончается.
- Бродят в умах идеи об установке символических дорожных знаков. Более того - о строительстве туристских приютов в виде постоялых дворов. Чтобы там и транспортные средства показать и, например, дорожную одежду разных сословий. Только кто там будет жить, чтобы гостей встречать?
- Выкликанцев ищите. Помните, по истории, как раньше отзывались на клич добровольцы и ехали в новые места. Теперь ведь людей тянет к природе.
- Не теряю надежды: освоим Лялинское Поречье и двинемся дальше, на Кырью, на Растёс. Может, с другого конца Бабиновки пермяки пойдут нам навстречу?

Римма ПЕЧУРКИНА
Тел: +7 (343) 355-37-50
E-mail: rim@oblgazeta.ru
«Областная газета», 19.11.2011 г.

 

 

Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (24)