Города и села >

Тулайка. Третье рождение

Старатели вчера, сегодня, всегда

Таёжные обитатели в бассейне реки Вагран, особенно пернатые, которым «сверху видно всё», однажды были ошарашены. По лесной дороге, скрипя и охая на ухабах, ползло гигантское зелёное сооружение, которое обычно, в ряду себе подобных, проносится по блестящей железной колее. Железнодорожный вагон, поставленный на автомобильные колёса, одолевал на прицепе километр за километром, чтобы встать на прикол возле маленькой речки Тулайки и дать начало новой, как минимум - третьей, истории этих мест.

Тропа через ГУХ

Нам, жителям тесных городских конгломератов, северные уральские края кажутся необжитыми и неразбуженными. А вы приглядитесь к обыкновенной карте местности (в последнее время они стали более подробными). На свободном от городов и посёлков пространстве особенно хорошо видна паутина рек и речек, читаются их названия. И у рек, у гор, с которых стекают большие и малые водные потоки, названия не сегодняшние, а древние. Кто-то же дал им эти имена.
Жили, жили здесь люди за много веков до нас. Охотились, пасли оленей на горных плато, возделывали каменистую пашенку. Их поселения, их тропы стали опорой для последующей экономической активности русичей - петровской, советской, постсоветской.
Обратимся еще раз к карте нашей области. Там, где заканчиваются города, где рядом с обозначениями малых населённых пунктов нередко появляется в скобках грустное слово «нежил» - нежилой, значит, незыблемыми форпостами остаются скромные обозначения «изба». Это Может быть остаток от деревни или специально выстроенный приют охотника-промысловика. У некоторых изб даже есть имена.
Посмотрите на левый, западный край карты немного севернее шестидесятой параллели. Там, у впадения маленькой речки Тулайки в более крупную - Вагран - обозначена изба Тулайка. К ней со стороны Карпинска и Североуральска можно проследить лесные дороги. Но ведь и от избы уходят тропы на северо-запад, к тому легендарному творению природы, которое для краткости обозначается звучным словом, похожим на крик «лесного чёрта» - филина: ГУХ! Главный Уральский хребет.
Дело в том, что за ГУХом русские люди жили ещё раньше, чем в нынешних пределах Свердловской области. Когда зачинателю промышленности Северного Урала Максиму Походяшину (середина XVIII века) понадобилась рабочая сила для Петропавловского завода (ныне г. Североуральск), он испросил её, где было дозволено, а именно в Чердынском уезде, на западной стороне Урала. И ходить бедным крестьянам, приписанным к заводу Походяшина, приходилось через болота и горные перевалы. А чтобы не слишком роптали работнички, устроил хозяин перевалочный пункт на речке, Название которой в переводе с мансийского означало «росчисть». Академик Пётр Симон Паллас, побывавший в этих Местах летом 1770 года, выразился так: «Наехали мы на Тыланское зимовье, кое выстроено для успокоения переезжающих из Чердынского Округа на работу в Петропавловский завод крестьян».
Постоянно жили в Тыланском (Тылайском, Тулайском) зимовье две семьи крестьян. Они держали лошадей, зимой протаптывали с их помощью дорогу, выполняли поручения хозяина по доставке грузов. Так что в XVIII веке наша Тулайка имела, можно сказать, стратегическое значения. Но не только...

«Золото живёт и строит»

Пётр Симон Паллас в своих путевых заметках написал: «Один из верхотурских рудоискателей нашёл прошедшего года недалеко отсель в Уральской горе кварц с изрядной золотосодержаще-кажущеюся охрою. Лежит оный проехав по сию сторону горы Тыланское зимовье тринадцать вёрст».
Речь идёт о крестьянине Григории Постникове, выдающемся рудознатце, первооткрывателе многих месторождений полезных ископаемых на Северном Урале. Ко многим талантам Григория Никифоровича приписывают ещё один, поэтический, называя Постникова автором стихотворного «Слова о камениях земных», своеобразной поэмы о рудных богатствах Урала. Золото там воспето особо:
Золото живёт и строит,
злато в темечко клюёт.
Говорят, что правда тонет,
коли золото всплывёт.
По каменьям
златорудным
злато распознать
не трудно.
В огне золото не тлеет,
в поле мокром не ржавеет.
Шведы, немцы
да ливонцы
злато прозывают
Солнцем.
С лёгкой руки рудознатца Постникова наш север стал золотоносной провинцией. А потом дело продолжили советские геологи, в том числе легендарный Сергей Александрович Ушаков (автору этих строк посчастливилось общаться с ним в посёлке Покровске-Уральском).
Обладающий высочайшей степенью эрудиции и интеллигентности, он держался просто, его любили и коллеги, и жители тех мест, где работали геологи. Манси называли посёлок геологов Серги-пауль.
Сосьвинская геологоразведочная партия, где главным геологом был Сергей Ушаков, а начальником - Павел Крупнов (хотите - верьте, хотите
- нет, но с Павлом Архиповичем я в отряд на реке Кутим на Ми-4 летала), так вот они вернули к жизни многие золотые прииски, в том числе Тулайку.
Вот как свидетельствует автор очерка на информационном портале Североуральска Иван Карташёв: «В период наибольшего объёма работ в посёлке проживало до 100 геологоразведчиков. Здесь располагались четыре одноэтажных барака, фельдшерский пункт, магазин, пекарня, кузница, конюшня, столярный и механический цеха».
Далее автор пишет о баталиях на волейбольной площадке, о пышном белом хлебе, выпекавшемся в пекарне мастерицей Елизаветой Евстратовой, и с грустью подводит черту: «К сожалению, ныне от посёлка ничего не осталось, кроме обугленных брёвен».

Вагон и не только он

Вышеупомянутый железнодорожный вагон (почтово-багажный по устройству и назначению) стал первым приютом для старателей артели «Южно-Заозёрский прииск», выигравшей объявленный правительством Свердловской области аукцион «на право пользования участком недр в целях добычи золота россыпей рек Тулайка и Оленья».
Сегодня рядом с вагоном - шесть аккуратных брусовых домов, обшитых «вагонкой», среди которых столовая и прекрасная баня, ангар, где стоит отопительный котёл и ремонтируется техник Вообще-то тракторам и прочим шумным механизмам заезжать на жилую территорию не дозволено: прииск работает круглые сутки, в любое время есть люди, которым надо отдохнуть между сменами. На две недели они отрываются от семьи, труд и отдых у них по особому графику. Их предшественник Григорий Постников (или кто-то и более поздних коллег, выстроивший под его именем), писал о рудознатце:
Как приказчик
и проказник
в будни трудится
и праздник,
На полатях коль лежать,
так и ломтя не видать.
Нелегко даётся этот северный «ломоть». Непогодь здесь ощутимее, чем в городе. Дорога на приисковый посёлок, а затем на добычной участок - отнюдь не асфальт. И работа - не за кабинетным столом. Не всегда послушные механизмы. Многометровая торфяная вскрыша, а потом - мокрый грунт, текущие вокруг потоки, природные и рукотворные.
Зарплаты здесь не поднебесные. Но выдают их регулярно. Таёжный быт благоустроен, насколько возможно. Старательские балаганы, бараки советских времён остались в прошлом. В домах-общежитиях - горячая и холодная вода, вполне городские санузлы.
Автор «Слова о камениях земных» советовал добытчикам не забывать о хлебе насущном и горячем приварке:
Прежде чем в тайгу идти,
соль да кашу захвати.
Надыть взяти матерь нашу,
гречку - гречневую кашу.
И овсянка не поганка
в заусенешной полянке.
Всем надысь сама
хвалилась -
с маслом сливочным
родилась.
Насчёт таких советов главный повар Тулайки Елена Люц только усмехнётся. Меню в её столовой куда богаче. Довелось и читать его, и отведать блюда. Из первых можно было выбирать между солянкой, борщом и гороховым супом. На второе - печень, котлеты, куриные окорочка, гуляш, голубцы - причём не ленивые, а в капустном листе. Меню почти ресторанное. Зато цены - раз в десять ниже.

Тем, кто на смене, помощник повара Наталья Христолюбова (её здесь называют стюардессой) отвозит еду на участок к рабочему месту. Здесь трудятся два экскаваторно-гидравлических комплекса. Экскаваторы-драглайны раньше добывали уголь в Карпинске, теперь перешли на драгметаллы. Самый большой - ЭШ-10/70. Характеристики - в цифрах. Экскаватор шагающий, объём ковша - 10 кубометров, длина стрелы - 70 метров. Сначала снял и сложил в отвалы четырёхметровый слой пустой породы. Сейчас подаёт золотоносные пески на размывку. Струя гидромонитора превращает пески в пульпу, которая идёт на шлюзование. Отработанная вода свободным потоком уходит в новый оборот. Совершает его по замкнутому циклу, в речное русло не попадает.
Глядя на эти масштабы, начинаешь понимать, почему современные добытчики драгметаллов снова и снова возвращаются на былые старательские площади. Кирка, бадья и вороток для подъёма породы из шурфа, ковш, лоток - такие орудия были в ходу у старателей.
Нынешние хозяева Тулайки тоже именуются старателями, организация их, вошедшая в состав Уральской горной компании (УГК) сохранила название в духе традиций: «Артель старателей «Южно-Заозёрский прииск». Но это совсем другие старатели.
Они похвально отзываются о подведомственной им технике. Особенно драглайн нравится. Он вокруг себя может взять площадь 120 м в диаметре. И надёжный, год ходит без большого ремонта. К бульдозерам, правда, отношение сдержанное: ломаются!
На будущее смотрят с оптимизмом: «По золоту ходим. И нам хватит, и внукам останется».

Перейти границу у реки

В небольшой, но уютной конторке («офис» здесь как-то не звучит) на стене - два фотоснимка. На одном - золотой самородок, добытый когда-то в этих местах. На другом - тоже самородок, только человеческий... Генеральный директор УГК Валерий Кольцов. Он работает здесь уже 40 лет. Председатель артели старателей ЮЗП, спикер Краснотурьинской городской Думы. В северных городах и весях его знают и любят - за умное хозяйствование, за уважительное отношение к людям. Возможно, отдалённая «изба Тулайка» не жила бы относительно благополучно, если бы не Кольцов.
Трудностей и здесь достаточно. Начальник участка Андрей Ряпосов сетует, что не хватает на Тулайке молодых специалистов. Романтика слетает быстро. Приезжали двое из горного университета. Не задержались.
Здешний «капитал», по словам молодого командира производства - равновесие между молодостью и опытом в рабочем коллективе, среди тех, в чьих руках техника. Тот микроклимат, который испокон веков держится в старательской среде. Ещё раз почитаем «Слово о камениях земных»:
Собираясь
в дальний путь,
помни дружбу -
зло забудь.
Во тайге тот друг
аль брат,
с кем был ране мир и лад.
Естли спутником в артель
рвётся пакость или лень,
Плюнь такому на порог,
чтоб в артель не знал
дорог.
...В этой поездке у нас был замечательный проводник, главный геолог УГК Алексей Павликов. (Спасибо, Алексей Яковлевич). На обратном пути он показывал нам готовые к ледоставу горные речки: «Эту мы уже отработали, а здесь золота нет. По мере освоения вагранских россыпей пойдём за границу, в Пермскую область».
Тут, как говорится, не захочешь, а подскочишь: ведь наш проект «Точка на карте» задуман как путешествие приграничное.
- Отсюда подробней, пожалуйста, Алексей Яковлевич!
- Нас интересуют россыпи Сурья и Саменка, они в Пермском крае. Границы тут не важны. Важнее то, что не надо тянуть новую электролинию, строить вахтовые посёлки. Если из нашей столовой везти обед на новый, «европейский» участок, то он и остыть не успеет.

«Наши деды подготовили нам фронт работы на сто лет вперёд»

Алексей Павликов - главный геолог Уральской горной компании

- Алексей Яковлевич, мы знаем, что Южно-Заозёрский прииск, с которым связана ваша судьба, официально существует с 1934 года. Он ровесник Свердловской области. Но возник он не на пустом месте.
- На основе приказа «Главзолота» объединились группы предприятий, выделившиеся из состава Северо-Заозёрского и Исовского приисковых управлений.
- У них за плечами были десятилетия, если не столетия добычи драгоценных металлов.
- В конце XIX века в наших краях было 12 приисков. В архиве нашего ЮЗП есть сведения с начала двадцатого века: 1925 год, 1930-й, 1934-й. Мы теперь пользуемся тем, что подготовлено нашими предшественниками на перспективу. Наши деды приготовили нам столько информации, что её хватило уже на 75 лет нашей работы и ещё осталось лет на 25. Значит, на целый век нам подготовили фронт работ наши предшественники.
В последние годы произошли изменения в структуре золотодобывающих предприятий, наша артель старателей «Южно-Заозёрский прииск» объединилась с ООО «Вторичные драгоценные металлы». Вместе мы создали «Уральскую горную компанию» (УГК).
Сейчас УГК работает на трёх участках кроме того, где мы побывали. Гидравлика № 9 дорабатывает россыпь Талица в Карпинском районе, в 20 километрах от города.
Завершаем этот участок и переходим на россыпь Холодная речка. Это приток Каквы в районе Краснотурьинска.
Гидравлика в Новолялинском районе отрабатывает россыпи Крутая и Питателева Лата. Там мы работаем с 1996 года. Пройдём по разрозненным участкам, после этого, я надеюсь, приступим к разработке Благодатного истока под Павдой. Надеемся выиграть этот аукцион: есть база, мобильный коллектив гидравлики.
Надеемся получить лицензию на добычу платины гидравлическим способом на Лобвинской группе месторождений - это Кытлымский участок. Сырьевая база достаточная, она нами разведана. Можно отработать, никому не мешая.
- О перспективах перехода через водораздел Европы - Азии для освоения россыпей в Пермском крае вы уже говорили. Получается, конечная точка для добытчиков драгметаллов, по-старому говоря - старателей, пока не просматривается. Уместно привести стихи Владимира Высоцкого, которые у ваших коллег на слуху:
Становлюсь я упрямей, прямее.
Пусть бежит по колоде вода.
У старателей всё - лотерея,
Но старатели будут всегда.

Римма ПЕЧУРКИНА
«Областная газета», 10.12.2011 г.

 

 

Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (31)