Перевал Дятлова >

О ВРЕМЕНИ И О СЕБЕ

Трагедия у горы Мертвецов

…Каждый журналист мечтает о своем звездном часе. Однажды вся область, город, район бросится к киоскам, чтоб не пропустить именно ЕГО материал – единственный, неповторимый, сенсационный. Ждал своего часа, всегда был готов ухватить событие и Григорьев. И когда первый секретарь Ивдельского райкома партии сообщил, что вблизи горы Холат-Сяхыл (гора Мертвецов с мансийского) исчезла группа туристов-студентов УПИ, идут поиски, журналист сразу же бросился на аэродром – надо обязательно побывать на месте события.

Гибель группы Игоря Дятлова стала глубокой загадкой (и потому сенсацией) второй половины прошлого века. Она растиражирована в книгах, повестях, очерках, воспоминаниях. А ему, кто в числе первых видел следы погибающих туристов, не удалось в полный голос высказать свое видение происшедшего. Помешало то, что вначале из Москвы пришел запрет на публикации – до полного выяснения причин случившегося. Во-вторых, и это главное, Геннадий Григорьевич, человек долга и совести, коммунист-фронтовик, не захотел по примеру скорохватов-авторов выдать на-гора домыслы и фантазии.

…Главный поисковик, полковник Артюков, внял настырности журналиста и разрешил лететь с поисковиками. А он одет по-городски легко. Покачав головой, завхоз аэродрома выдал теплый ватник-фуфайку, ватные брюки. Летчик выделил на время унты. И МИ-4 поднялся в воздух.

«На горе 1079 тихо, - заносит первые впечатления Григорьев. – Горы словно во льду, так спрессован ветрами снег. Вокруг обледенелых камней-останцев ледяные воронки-ловушки. Скользко, я чуть не сломал ногу.

Мы молчаливо стоим у большого старого кедра, где поисковики нашли двоих. Недалеко куст рябины, на ней несколько сухих листочков и еще не обклеванных птицами ягод.

Кедр – единственный свидетель жуткой смерти людей. Он закрывал их от ветра, давал дрова для костра. Он все видел, но опять замолчал…»

В трех потертых, потемневших от времени блокнотах 1959 года, вроссыпь, вперемешку занесено все, что сумел увидеть, подметить, услышать, о чем подумал в тот момент. Обстановка, местность, реплики и рассказы поисковиков, погода, переговоры вертолетчиков, радистов, следователей. Выделяет из этого многообразия фактов и свидетельств самое существенное. Записи тем и ценны, что сделаны человеком бывалым, для которого любая деталь события – ценность. Не случайно с такой охотой выпрашивали их впоследствии у Геннадия Константиновича «на часок» авторы многочисленных публикаций о том событии. Оно и понятно. Для фронтовика-разведчика любой шорох, шум мотора или дерева, не замеченный вовремя за кустом вражеский солдат могут стать последним в жизни. Тут, в горах Северного Урала, тоже шла борьба за жизнь. Смертельная, бескопромисная.

«Собака нашла труп девушки под настом. Второй нашли лыжники. Двое обнаружены в лесу, за кедром, головами к горе… Трупы ломаются как хрустальные. Вымерзли».

«На камнях клюква. Красная, крупная. Но без вкуса – ни влаги, ни сласти. Выветрился».

Насчет «выветрелости», о том, что в этих местах зимой постоянно бушуют ураганы, собкор припомнит еще не раз. Именно эту грозную стихию определит он позднее основной причиной трагедии.

Природа создала тут, во впадине между вершинами гор с отметками 1079 (гора Мертвецов) и 880, своеобразную аэродинамическую трубу. Ветры временами дуют тут с такой силой, что смекают все на своем пути. Нечто вроде злобной черноморской боры, выбрасывающей на берег корабли. Нельзя забывать и о северном морозе. Ураган, снежный буран, лавины.

Схватка со смертью

«Что было причиной паники? Почему туристским ножом располосовали палатку и выскочили из нее полураздетыми навстречу своей смерти?.. Это неизвестно до сих пор», - размышляет.

Беда случилась ночью, при сильном западном ветре, температуре 20-25 градусов холода. А они лишь в лыжных костюмах, шапочках, носках. На некоторых штормовки. 8 пар следов на обледенелом снегу свидетели, что бежали они вниз, к лесу. В темноте, во время снежной буре, трое туристов скорее всего влетели в ледяные ловушки, покалечились. (А может, ураган попросту поднимал и бил их о камни. Травмы, как при автокатастрофе – Ю.К.).

Так пострадали Золотарев, Тибо-Бриньоль и Дубинин. Их, с поломанными ребрами, битыми головами, тащили под руки те, у кого еще были силы.

Остановились в лесу под могучим кедром, где ветер слабее. Попытались развести костер. Кто-то забрался на дерево и ножом срезал толстые смоляные сучья. Но дров было мало, костер горел плохо. Покалеченные замерзали на глазах. Тогда Дятлов и Колмогорова решили идти в палатку навстречу стене ветра – за теплыми вещами, продуктами, медикаментами. Ветер выл, мороз крепчал. Дятлов не прошел и 0,5 км. Его труп нашли под березкой. он лежал на спине и рукой прикрывал голову. Колмогорова из последних сил ползла в направлении палатки. Замерзла на полпути. Дорошенко и Кондратенко заснули навечно у погасшего костра.

Те, кто спасался под обрывом, видимо, прожили дольше всех и наверняка встретили рассвет нового, последнего своего дня».

«Парни и девушки вели себя героически, - подчеркивает в записях собкор. – На фронте, в годы войны, за подобный подвиг награждали орденом, даже посмертно. Они до последнего сражались за жизнь, но умирали легко».

«Смерть при замерзании легкая, - записано в его блокноте. – Это я видел и почувствовал еще в декабре 1941 года в снегах под Москвой, где наш уральский лыжный батальон сражался с гитлеровцами. Мы по две недели не бывали в теплом помещении, а морозы стояли до 30 градусов. Спали в окопах, холодных блиндажах и сараях.

Одеты мы были отлично, питались неплохо, для сугрева каждый день получали по 100 грамм водки. Но во время сна, понятно, коченели от холода, и нас потому часто будили командиры. Спящий – первая и верная пожива для «господина Мороза». Один молодой автоматчик, например, забрался от этих командирских побудок на пустой сеновал. Думал отоспаться, а «уснул» навеки. А сколько по-летнему одетых немцев насмерть замерзло в Подмосковье!»

Отсюда и зверь бежит

Гипотезы, версии, предположения… Чьи только перья – журналистов, туристов, академиков – не живописали эту таинственную трагедию в горах. И все их берет на заметку журналист. Даже самые экзотические. Исследует, узнает, анализирует.

Смертельно напугали туристов огненные шары, пролетевшее тогда над горами на северо-восток? Запуск стратегических ракет?

И газетчик уже годы спустя находит возможность встретиться с офицерами-ракетчиками. Многое уже рассекречено, и потому разговор идет доверительный.

Нет, не подтверждается. Запуски были, но не в ту точку.

Месть мансийских шаманов за вторжение в их владения?

Самый уважаемый в этих краях абориген Степан Куриков, человек по-детски откровенный и честный, опровергает такую версию. Никаких жертвенников здесь не было и нет. Доказано. Наоборот, они сами (манси то есть) обходят те места стороной, боятся.

НЛО? А что делать инопланетянам в том бушующем, метельном месиве, зачем пугать до смерти туристов? Чистая фантазия.

Беглые зэки? Тоже не подтверждается. Двое сбежавших в те дни из Ивдельлага пойманы совсем в другой стороне.

Зверства спецназовцев-армейцев, стирающих следы сверхсекретных испытаний? Тоже более чем сомнительно. Они, эти самые «…назовцы, бесплотные летающие духи, что ли? Не оставили ни одного следа. Ведь цепочки параллельных, то сходящихся, то разбегающихся в стороны отпечатков полубосых ног туристов сохранились. Их видели не только он, но и поисковики, криминалисты. А уж такие следопыты, как охотник Степан Куриков… Он, конечно, углядел бы любую «постороннюю» деталь, мелочь. Да и шила в мешке не утаишь. Будь нечто подобное в реальности, со временем обязательно всплыло бы.

Остались такие вот версии:

- НЕЧТО, необычное явление, заставившее парней и девушек спросонья располосовать ножом бок палатки и броситься вниз, к лесу.

- Странные камни-останцы, чьих «голосов» при ураганах так страшатся даже бывалые охотники-манси. Ведь неслышимое пение инфразвуков сводит людей с ума – доказано. Вызывает непреодолимый ужас. Сюда, в «трубу» меж гор, даже звери зимой не ходят.

- Ледяные чаши, в которые они несомненно падали в ночной метели, получили увечья.

- Лавина? – Да это уже ближе к реальности.

На этом и задержалось перо репортера.

Свой совместный очерк о том, как полураздетые и голодные дятловцы героически сражались с коварной смертью, Григорьев и журналист из «На смену!» Юрий Яровой закончили цитатой из постановления прокурора-криминалиста Л.Н. Иванова от 28 мая 1959 года. Там написано: «…причиной гибели туристов явилась стихийная сила, преодолеть которую туристы были не в состоянии». Но материал, в сокращении, вышел в свет лишь десятилетия спустя. Тоже из-за «силы, преодолеть которую журналисты тогда были не в состоянии. Из-за всеобщей завесы секретности тех лет…»

Григорьев писал о мужестве туристов. А написал о себе - журналисте. Дотошном и правдивом, каких ценил и уважал многотысячный читатель «Уральского рабочего».

В метания и искания товарища-собкора
вникал Юрий КОНЬШИН
"Уральский рабочий", 11.08.2006 г.

Из блокнота собкора:

«На фронте я был лыжником-автоматчиком. Это и помогло мне принять участие в поиске».

«Ставить палатку на склоне горы, считают опытные туристы, грубейшая ошибка. При сильном ветре, снежном обвале может обернуться гибелью… А ветры здесь, в «трубе» между горами, зимой такие, что сюда… даже звери не ходят».

«Мастера спорта твердо заявили, что причина одна: ураганный ветер, разыгравшийся ночью. Он гудел, рвал старенькую палатку, перепугал туристов. Они испугались, что могут оказаться под снежной лавиной. В горах такое бывает».

«Весь полуторакилометровый спуск от найденной палатки до кедра, где был обнаружен костер, усеян острыми камнями. Они торчат, словно противотанковые надолбы. Между ними видны наледи, чаши».

«Моя версия: бежали, падали ударялись о камни (следы параллельно – сходясь, расходясь), соскальзывали в чаши из спрессованного обледеневшего снега».

«Они так сражались за жизнь, что я невольно вспомнил фронт, когда мы на лыжах забирались к немцам в тыл. Нам неоткуда было ждать помощи, и мы, как и они, сражались насмерть. Туристы оказались в более трудном , безвыходном положении. Они были без верхней одежды и обуви, в трико, свитерах, шерстяных носках, в легких вязанных шапочках, некоторые и без них. Это при ураганном ветре и двадцатиградусном морозе – такую погоду тогда зафиксировали синоптики».

«Прислушиваюсь к слабому шуму коренастых кедров, смотрю на давно потухшие головешки костра, на белые пятна от срезанных ножом толстых сучьев на одном из кедров и представляю, как молодые, сильные люди сражались со стихией, со своей смертью… Острый глаз фронтовика заметил даже, что пара толстых сучьев с кедра лежит в стороне неподобранными – ураганным ветром снесло метров за 15, а в темноте туристы не увидели спасительного топлива».

 

 

Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (4)