ХХ век на Урале >

ЮРОВСКОГО К ОТВЕТУ?

Романовы намерены возобновить расследование убийства Николая II

Палач царской семьи Яков ЮровскийС трагедии в Ипатьевском доме минуло уже больше девяноста лет, однако интерес к теме цареубийства не ослабевает до сих пор. Свою оценку историческим событиям сегодня пытаются дать церковь, прокуратура, ученые, а также потомки последнего русского императора. На днях великая княгиня Мария Владимировна обратилась в Басманный районный суд Москвы с иском    о возобновлении расследования убийства Николая Второго и членов его семьи.

Напомним, что расстрел императорской семьи и их слуг произошел в ночь с 16 на 17 июля 1918 года в доме инженера Ипатьева. Согласно материалам следствия Генеральной прокуратуры, царскую семью и слуг перевели в полуподвальное помещение этого дома, окном выходящее на Вознесенский переулок. Чекист Яков Юровский ввел в комнату расстрельную команду и прочитал приговор, после чего началась беспорядочная стрельба. Установлено, что в расстреле принимали участие также заместитель Юровского Г. П. Никулин, чекист М. А. Медведев (Кудрин), начальник 2-й Уральской дружины П. З. Ермаков, разводящий П. С. Медведев, чекист Кабанов и красногвардеец А. А. Стрекотин. После первого залпа оказалось, что царевич Алексей, дочери царя, горничная Демидова и доктор Боткин подают признаки жизни, после чего убийцы добили их штыками винтовок.  

Через девяносто лет после трагедии, в 2008 году, Президиум Верховного суда России принял решение о реабилитации членов царской семьи, в котором указывалось, что в отношении Романовых не совершалось какое-либо уголовное преступление, а расстреляны они были от имени государства. В январе прошлого года следственный комитет прокуратуры прекратил уголовное дело по факту гибели членов царской семьи в связи со смертью лиц, совершивших убийство. Оспорить это решение Императорскому дому пока не удается.

В свою очередь процессуалисты скептически относятся к инициативе царских потомков привлечь к ответственности команду Юровского.

— Мне кажется, переписывать историю через столько лет — неблагодарное дело. Для того чтобы что-то достоверно установить сейчас, необходимо знать все обстоятельства дела, а по прошествии стольких лет это практически нереально, — считает преподаватель Уральской юридической академии, кандидат юридических наук Татьяна Соловьева. — Даже если это возможно, это будет противозаконная инициатива, так как по этому делу давно истекли сроки давности. Вносить же изменения в закон относительно убийства царской семьи я бы не стала, тем более что в этом случае теоретически пришлось бы привлекать к ответственности и заказчиков расстрела — Голощекина и других.

Церковь же придерживается на этот счет другого мнения.

— Если преступление закрыто по формальным основаниям, это не значит, что оно исчезло из культурной и исторической памяти народа. Я считаю, что нужно внести поправку в закон, согласно которой дела, имеющие большой общественный резонанс, не должны иметь сроков давности. Ведь закон нужен для того, чтобы поддерживать стабильность в обществе, а залог ее стабильности — легитимность власти. В 1918 году эта легитимность была нарушена, а общество даже не прореагировало на это должным образом, — убежден руководитель епархиального отдела по работе с молодежью священник Александр Сандырев.

Понятно, что основной аргумент сторонников пересмотра дела — необходимость по-новому осмыслить трагедию, с тем чтобы подобное не могло повториться. Однако для этого, как мне кажется, мало приговора суда. Если общество сможет научиться смотреть на человеческую жизнь как на неоспоримую ценность и уважать закон не на словах, а на деле — только тогда можно будет сказать, что мы вынесли из прошлого достойный урок.

 Ксения КИРИЛЛОВА
«Уральский рабочий», 06.02.2010 г.

 

 

Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (9)