Уральская история >

ЗЕМЕЛЬНЫЕ ВОЙНЫ ЗА РЕКОЙ УФОЙ 

Земли за рекой Уфой, против Сорокинской Пристани, в Шемахинскую дачу не включились и Демидову не продавались, но «…земли сии Унейскими башкирцами с издавна уступлены к проданным ими в 1756 году землям правого берега Уфы, и жители Сорокинской Пристани пользовались ими с давних времен, и гораздо раньше 1756 года без всякого со стороны чьего-либо помешательства» (ГАСО. Ф.24 Оп. 23. Д. 5170. Л. 330).

Дом-старожил села ШемахаВыходит, что со времени основания Сорокинской Пристани в 1747 году на левом берегу Уфы русские крестьяне-заимщики пахали и косили без помех. Но вот в начале XIX века Пермская гражданская палата предложила башкирцам-вотчинникам деревни Шокурово «припустить» переселенцев из России, в том числе и на речку Тюльгаш – левый приток Уфы. Здесь образовались селения Самодумовка, Тюльгаш, Поташка и др., приписанные потом к Поташинской волости.

«В 1806 году Пермская гражданская палата решением заключила: крестьян Поташинской волости оставить жительством на тех самых местах, где они ныне находятся, впредь до удовлетворения их 15-ти десятинной препорцией земли, или до генерального размежевания…»

Так на левый берег Уфы к землям крепостных крестьян Сорокинской Пристани были «припущены» переселенцы, число которых увеличивалось. В это же время, в 1809 году, Расторгуев начал строить Шемахинский завод, и население Сорокинской Пристани тоже увеличивалось. Из-за земель на левом берегу Уфы начались «крестьянские войны» между тюльгашинцами и сорокинцами, как они друг друга обзывали – «пиканниками» и «гамаюнами». В результате начались и судебные тяжбы из-за земли.

«В 1810 г. 30 ноября Уральское Горное Правление своим решением, утвержденным Сенатом, запретило людям Шемахинского завода вступаться в места на левой стороне реки Уфы… но несмотря на сие решение, башкирцы, из числа владеемой крестьянами Поташинской волости земли, снова отдали жителям Сорокинской Пристани Тимофеевым по договору 1813 года 300 переездов впредь до выпашки, а в 1819 году башкирцы, получа от крестьян Поташинской волости 150 рублей, дозволили им владеть землями по-прежнему, сверх того земли эти, как показывают… в 1835 г. при обмежевании межи, разделяющей Расторгуева с башкирцами, названы землемером «казенными», так как башкирцы не представили землемеру «Царских Жалованных Грамот» на эти земли…» (там же, лист 11).

Между тем служители заводов наследниц Расторгуева, как, например, Сергей Наседкин, сосланный приказчиком Титом Зотовым из Кыштыма в Нязепетровск из мщения, добивались права Шемахинского завода на аренду этих земель, чтобы обеспечить землей своих крестьян (там же. С. 300-335).

Сами же крестьяне проявляли нетерпение и добивались земель силой. Ссоры и драки иногда заканчивались убийствами, как это случилось в 1845 году.

Третьего апреля по последнему санному пути с каслинского базара возвращались в деревню Тюльгаш государевы крестьяне, «припущенные» на башкирские земли вотчинниками деревни Шокуровой. Больше сотни верст позади. Уже подъехали к Сорокинской Пристани наследниц купца Расторгуева, а через 10 верст и Тюльгаш. На реке Уфе еще стоит лед, но на берегу крестьяне Сорокинской Пристани заканчивают постройку коломенок. Вот-вот сойдет с реки лед, и надо, не мешкая, отправлять и свое, и навоженное за зиму с Кыштымского завода железо.

Три брата Новгородцевы, счищавшие железными лопатами кору с сосновых бревен, заметили тюльгашинские подводы еще на спуске с горы.

- Гли-ка, Андрюха, никак тюльгаши спускаются… Може, рассчитаемся с имя за прошло лето, штобы ныне-то не совалися на наши пашни? – сказал Иван.

Андрей помолчал и еще тише ответил:

- Ну дак че, айдате на дорогу…

Шли-торопились. Моксей и Иван Золотовы, конопатившие дно коломенки, поняли, что соседи спешат на что-то важное. Бросили конопатку и присоединились к «походу».

На двух первых подводах ехали Исаак Мусихин и Александр Лемотин. Увидев спешащих им наперерез сорокинцев, они поняли неладное, ударили по лошадям и проскочили. Отставшие три подводы – Евдокима Неволина, Ивана Мангилева, братьев Федора и Ефима Лавровых – были схвачены за вожжи, привернуты к запрягам. Подбежали к дороге еще бурлаки, и началось избиение тюльгашинских мужиков железными лопатами. Ефим Лавров сумел вырваться и побежал к смотрителю Шемахинского завода Копылову, но тот на просьбы о заступничестве усмехнулся и сказал:

- Это наши люди вашим тюльгашинским долги платят…

Вернулся Ефим к месту трагедии уже в сумерках – подводы с избитыми уже были отправлены в Тюльгаш, но еще толпились кучка бурлаков и женщин…

- А не будут нашу землю пахать!..

Наутро 4 апреля Мусихин приехал в Поташку в волостное правление и доложил об избиении. Поехал в Тюльгаш волостной заседатель. 5 апреля вернулся и объявил правлению, что вечером 4 апреля Неволин умер, а побитые Иван Мангилев и Федор Лавров находятся «в отчаянном положении жизни».

Обо всем этом волостное правление донесло рапортом приставу Кибардину, а он – Красноуфимскому уездному суду. В это время в суде как раз рассматривалось дело: «О самовольной распашке крестьянами Сорокинской Пристани земли, принадлежащей крестьянам деревни Тюльгаш». Присоединив трагический рапорт Кибардина к этому земельному делу, земский суд просит заводского исправника: «крестьян Сорокинской волости Андрея, Илью и Ивана Новгородцевых, Моксея и Ивана Золотовых, Афония Новикова, Михаила и Павла Бузуевых, служителей Строгалева, Добычина, Грачева, как первых виновников в лишении жизни крестьянина Неволина, содержать под стражей караулом до решения дела».

А дальше в архивном деле следует такой документ: «17 августа 1846 года. Имею честь донести в Уральское Горное Правление, что предписание его от 28 июня о том, что Пермское Губернское Правление не может входить в рассмотрение действий Красноуфимского земского суда, представившего в пользу крестьян деревни Тюльгаш земли, оспариваемые у них крестьянами Шемахинского завода, Шемахинским крестьянам мною объявлено с подписью, которую и имею честь при сем представить в Уральское Горное Правление».

На этом и заканчивается дело «О самовольной распашке земли…».

Однако, сколько я помню, земля за рекой Уфой принадлежала и до сих пор принадлежит шемахинцам.

Павел ФЕДОТОВ.
«Уральский следопыт», № 10, 2006 г.

Об авторе . Павел Федотов бывший геолог, краевед. Уроженец села Шемахи, скрупулезно, пером архивиста и писателя, исследует историю своей малой родины. Его очерки по истории Шемахи печатались в номерах: 3-6, 1999 г.; 10, 12, 2003 г.; 11, 2004 г.; 8, 2006 г. Ныне живет в Екатеринбурге.

 

 

Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (9)